galleonych
кошки-кошки, всюду кошки, эти мохнатые чудовища с кожаными крыльями
Гарри сообщили, что скоро можно отправляться. Все приготовления закончены, «торпеда» вшита. Он не стал ничего брать с собой, кроме очков и волшебной палочки. Джинни уговорила взять немного денег, но кому они там нужны... Ну ладно, пару сэндвичей и чай, хорошо, дорогая.
Он прибыл в Хогвартс рано утром, чтобы познакомиться с Нейтири, с которой вместе полетит (или переместится) на Пандору.
Инопланетянка ждала возле Ивы, с ней рядом как всегда отирались русские — Ефремов и Соболевский. Последний очень тоскливо смотрел на синюю девушку снизу вверх, но подойти близко не решался. Гарри пошёл к нему.
— И это она? Да как я её за руку удержу, она же длинная какая... а на каковском языке мне с ней разговаривать?
— На английсокм. Научили, блин, кое-как методом мнемовпечатки.
— Методом чего?
— Забей. Поговори с ней, что ли... Скажи ей: «Я тебя вижу», — это привет по-инхему.
— I see you...
Нейтири засмеялась и подошла к Гарри. Потом внезапно потрогала его шрам и хмуро свела брови вместе, что-то бормоча, из чего Гера смог уловить только «большое зло». Гарри отшатнулся, но потом взял себя в руки и протянул ей ладонь. Девушка, выше его в полтора раза, кокетливо приняла руку джентльмена, и они пошли на выход с территории Хогвартса, чтобы аппарировать в Министерство. Гарри настоял, чтобы в качестве портключа использовали старый осколок Сквозного зеркала, которое когда-то ему дал Сириус и которое спасало ему жизнь с помощью Аберфорта. Доусон наложил на него чары, хотя и ворчал, как неудобно будет держаться за острые края. Второе зеркало было в Министерстве как артефакт Великой Войны. Гарри хранил надежду общаться с Землёй через этот осколок, хотя и знал умом, что это не сработает.
Итак, ему выдали стекляшку и они с Нейтири осторожно за него взялись. Фабиус с часами на руке вёл отсчёт:
— Пять, четыре, три, два, один...
Гарри почувствовал знакомый рывок в животе, потом темнота — и ничего. Он открыл глаза и увидел разочарованных Доусона, Геру и Нейтири. Не сработало.
— Ну что, остаётся только сигануть в Арку, — сказал русский друг. — Нейтири, возьми его на руки и шагай. Не бойся. А ты, Гарри, шли патронуса, если что.
— Ладно, меня пропустят, а это чудо природы? Небось, в отделе тайн тормознут? И жить ей до скончанья дней на Земле?
Гарри нетерпеливо махнул рукой.
— Дайте мне сову, я черкну Кингсли. Он мне позволит, если что, надавлю своими прошлыми заслугами. Отдел тайн хоть ему и не подчиняется официально, но Шеклболту попробуй не подчинись, — посмеялся ветеран битвы за Хогвартс.
Школьная сипуха улетела с прошением и записью омнисинема¹ на полудрагоценном камне, где земляне играют в догонялки с молодой инопланетянкой. Через полчаса ожидания и нетерпеливого хождения у ворот школы компания получила ответ на министерском бланке с официальной печатью «Одобрено».
— Всё, утрясли вопрос! — хлопнул в ладоши Поттер.

...Проблема была в том, как затолкать эту дуру в будку и поместиться туда самим. Доусон распорядился:
— Девушка, садитесь на пол, подожмите ноги и езжайте. — Профессор вызвал лифт, но в тесных помещениях инопланетянка пугалась. Туда пришлось втиснуться Герману, самому лучшему её товарищу. Огромные голые грудки прижимались к груди, он не сдержался и погладил эти холмики рукой, а она его укусила.
— Блядь, больно!
В итоге спустились в Атриум в обиженной тишине. Гера потирал укушенное место, а Нейтири закрывала руками грудь и задирала нос.
Когда остальные спустились следом, они застали инопланетянку, разглядывающей стелу, установленную посреди зала взамен разрушенных во время войны. Стела из серого камня была украшена резьбой: С одной стороны — шрам-молния, с другой — очки в форме полумесяца, с третьей — знак Даров Смерти, а с четвёртой — список погибших в войне магов. Нейтири почувствовала торжественность памятника и притихла. «Интересно, как она это чует, или просто засмотрелась на диво? У них же не строят памятников, а осыпают цветами и семенами Эйвы», — думал Гера, больше не рискуя приближаться к дочери Оматикайя. Гарри же дёргал себя за лямки рюкзака, ожидая, что синяя вдоволь поглазеет, и думал, что сотрёт с этого памятника имя Блэка. Вернём его к полноценной жизни, которой он был лишён все эти годы с момента смерти Джеймса и Лили. Пусть в Звартноце поработает на первых порах, а там как сам захочет. Наконец шайка ночных путешественников прошла к дальнему концу Атриума к лифтам, и Доусон нажал нужный этаж. На этаже Отдела тайн лифт бесшумно раскрылся, и вышедшую компанию встретил густой бас Министра магии:
— Добро пожаловать, гости дорогие.
Доусон и компания вытянулись по струнке. Инопланетянка сообразила, что это, по всей видимости, большой вождь:
— Приветствую тебя, Набу-Набу!
Кингсли прифигел от её чистого английского, но не растерялся:
— И я приветствую тебя, сестра с планеты Пандора. Приветствую и прощаюсь сразу. Передавай мой поклон своему племени. Надеюсь, у вас получится вернуть девушку домой, — на этот раз он обращался к мужчинам. — Я никак не могу поверить, что Арка Смерти живая на самом деле...
— Это настоящие Звёздные Врата, межпланетный портал... — влез Гера.
— Только односторонний. Всё, что попадает в обратную сторону, чахнет в полуметре, даже патронус, — подытожил Доусон. — Придётся ставить омниследилки, чтобы держать связь с Гарри. И на него, помимо спасения Сириуса, возложена миссия наладить отношения с народом Оматикайя. Так что вернётся он нескоро.
— Кто же будет у нас ЗОТИ преподавать? — очухался Соболевский.
— Я возьму, — ответствовал Доусон. — Всё равно у вас вечером занятия.
Мужики переручкались на прощанье, а Кингсли даже приобнял вояку. Гарри сел на руки к инопланетянке и велел ей шагнуть в проём. Арка просияла серебристым светом, утягивая гостей в неизвестность.
— Ну вот и всё.
Мужики постояли ещё немного и разошлись, гадая о судьбе Гарри.


Сириус обожал это чувство полёта. Что-то сродни метле или его старому доброму летающему мотоциклу. Он сидел в кабине рядом с пилотом и глядел на расстилающиеся внизу джунгли Пандоры. Из-за грохота он не мог выразить свои мысли Труди, но она и так понимала его без слов. Они оба болели небом и оба наслаждались виражами между опасными склонами пандорских гор. Внезапно мотор недовольно заурчал, и Труди выругалась в микрофон.
— Чёртова железяка, опять! Надо искать посадку.
— Что случилось?
— Да третий раз за неделю барахлит! Давай, штурман, ищи где сесть!
Сириус высмотрел более-менее чистое от зарослей место у подножия горы, и они стали снижаться, распугивая рёвом мотора всю лесную живность. Наконец, вертолет сел и замолчал. Труди выпорхнула из кабины с лёгкостью горной серны. Сириус старался, но пока что из него получался только мешок с навозом. Девушка сдвинула солнечные очки на лоб и усмехнулась:
— Доставай инструменты, будем колдовать!
— Опять дразнишься, хулиганка! — улыбнулся Сириус и попытался ухватить её за талию, но получил внушительный удар под ребро:
— Сначала чинимся, потом обжимаемся, — скомандовала Труди, и англичанин вздохнул и полез в кабину за набором инструментов.
Когда американка залезла в недра вертолёта, Сириус поставил дыхательный купол и достал сигарету. Поджёг её полочкой. Никак ему не удавалось научиться пользоваться зажигалкой. Он с наслаждением затянулся дымом, слушая пение неизвестных ему фиолетовых птах и любуясь Труди в обтягивающих штанах военной формы.
Эта горячая женщина-пилот как будто специально для него оказалась в этих джунглях, чтобы облегчить его тоску по родной планете. Он затушил бычок и снова подкрался к ней сзади.
— Ну, что там?
— Насос накрылся, чёрт его дери. У меня нет запчастей, чтобы починиться и хоть как-то дотянуть до базы.
Она выпрямилась и развернулась к нему, на лице были следы мазута. Сириус обожал её с ног до головы даже в мазуте.
— Так что подаём сигнал на базу, чтобы выслали помощь.
— И пока ждём ремонтников...
Блэк хитро улыбнулся и обнял девушку, которая в этот раз не сопротивлялась.
— Кобель — и есть кобель!
Сириус засмеялся — он не раз показывал пассии свою анимагическую форму.
Цвет волос Чакон и Блэка был почти одинаковым, и когда они начали целоваться, как всегда страстно и безудержно, их сближенные головы и длинные шевелюры сливались воедино. Привычно кинув на землю драную кожаную куртку, они опустились в объятиях рядом с Самсоном-16, обнимаясь до синяков и целуясь до синих засосов. Очки-авиаторы, которые Труди обожала, чуть было не были раздавлены Блэком в порыве страсти, за что он получил тычок в бок. Фиолетовые птицы надрывались своими брачными трелями, заглушая возню человеческих существ. В последний момент Чакон вспомнила, что не отключила микрофон, и они снова посмеялись над тем, какое бы выражение лица было у полковника, когда ему донесли бы, что пилот Чакон трахается с этим Блэком в прямом эфире.
Когда всё закончилось, они ещё полежали на мягкой траве, Сириус со своей вечной сигаретой молчал и прикрывал глаза от удовольствия. Труди лежала на животе и смотрела на англичанина со смесью раздражения и нежности. Он был тем редким экземпляром воплощённой мужественности и безбашенности, которая всегда безошибочно цепляла её. «Не влюбиться бы в этого придурка», — отдёргивала она сама себя. Сириус же совершенно ни о чём не думал, кроме яркого неба Пандоры и страстной смуглой американки рядом. Сириус докурил сигарету и запустил руку в волосы Труди. Она лениво перевернулась и потянулась к нему поцеловать его заросший щетиной подбородок.
— Может, повторим, пока нам никто не мешает? — начал Блэк.
С неба на траву перед ними свалился Гарри Поттер. Следом упала синекожая девушка на’ви.
Зловещая тишина воцарилась на поляне. Даже легкомысленные птицы заткнулись в любопытном ожидании.
— Ээ. Привет? — наконец произнесла Труди.
— Я тебя вижу, — радостно ответила Нейтири, которая узнала пилота небесной машины.


Сириус побледнел. Гарри покраснел, потом тоже побледнел, в ярости сжимая кулаки.
— Мм, неловко вышло. Вы, ребята, как-то невовремя, — просто чтобы что-то сказать, снова заговорила Чакон.
— Гарри? — хрипло спросил Сириус. Труди взглянула на него — и не узнала своего любовника. Будто он увидел привидение. На лбу испарина, руки дрожат, блуждающая улыбка превратила его в старика.
— Да чё за дела? Это кто, ты их знаешь?
— СИРИУС, МАТЬ ТВОЮ БЛЭК, — заорал Поттер и кинулся с кулаками на крестного.
— Какого хрена... — Чакон подобрала одеяло и ретировалась с поля битвы.
Нейтири хихикала, с наслаждением вдыхая родной воздух.
— Я похоронил тебя, грёбаный ты пёс! Слышишь?! Ты меня кинул! Подростка, у которого никого не было, кроме тебя! Бросил — снова! Ты мне жизнь загубил, козёл! Я думал, ты мёртв!
— Да я и умер, практически ... — пытался вставить слово Блэк, безуспешно отбиваясь от молодого спасателя.
— ДА МНЕ НАСРАТЬ! Ты должен был дать мне знать! Что ты жив, что тебя надо спасти!
— Я присылал патронусов, но никто не отвечал!
— Я из-за тебя стал алкоголиком! Прилетел тебя спасать со всех ног, как только узнал, что ты тут шлёшь патронусов. А ты! Ты-ы-ы-ы-ы трахаешься! Наслаждаешься жизнью, блять!
Гарри внезапно выдохся и сполз на землю. Крёстный сгрёб его в объятия, и они надолго замерли.
— Выглядит двусмысленно, если учесть, что ты без штанов, милый, — кокетливо напомнила Труди.
Сириус оторвался от крёстника и погрозил Труди кулаком, на что она вновь засмеялась. Гарри обернулся:
— Не представишь нас, Сириус?
— Труди Чакон, пилот «Самсона-16». Работает здесь на программе «Аватар» для защиты и для транспортировочных целей. Ну, и моя любимая женщина.
Чакон вопреки своему желанию зарделась.
— Кстати, о «Самсоне». Он сломался, и нам надо отсюда выбираться. Звоним ремонтникам?
— Я думал, ты уже это сделала! — воскликнул Блэк.
В итоге рембригада прибыла через два часа. За это время Нейтири рассказала Труди море всего о своих приключениях, а Блэк ввёл в курс ситуации на Пандоре Поттера.
— Мда, а этот анобтаниум настолько ценен, что ты сотрудничаешь — смотря кто, кто-то боится, кто-то презирает, кто-то от меня тащится, — Сириус подмигнул Труди. — Всё, теперь ты поедешь знакомиться с наши полковником. Он мировой мужик, старый вояка. Вместе мы сила.

...На базе Труди повела Гарри к Грейс:
— Вот, подобрали человека в горах. Прям на голову упал.
— Опять такой же ненормальный? — начальница лаборатории критически поглядывала на его палочку. Гарри был уязвлён. Эти америкашки совершенно охренели! — Ну и чем я буду его кормить? Каждая порция рассчитана на штат. Вот Блэк хотя бы обеспечивает безопасность, а этот?
— Он вошёл в контакт с принцессой Оматикайя!
— И каким же образом? Её родители были сильно против того, чтобы она ходила в школу американ инглиша.
— Это фантастика, но теперь она лопочет не хуже нас. Эти «ненормальные» смогли провести гипнопедию.
— Ну что ж, молодцы,— критически отозвалась Грейс. — Я-то жду для этого Тома Салли. Но договоримся сразу: когда он прилетит с Нормом Спеллманом, я высылаю этих колдунов на Землю. Мне нужны учёные, а не неведомая сила.
— Вот и славно. А теперь Гарри надо пообедать.
— Ничего, у меня с собой, — отозвался независимый Поттер.
— Тогда пошли, я покажу тебе лабораторию. С Аватарами.
Гарри жевал бутеры и смотрел на бездыханные тела в колбах, слушая рассказ Труди о генетической совместимости и прочей дребедени. Наколдовав себе головной пузырь, он пошёл на площадку, где резвились аватары, играя в баскетбол. Никому не нужный Гарри. Ну, кроме Сириуса, но тот докладывал обстановку полковнику Майлзу Куоритчу. За Гарри послали рядового. После короткого собеседования, в ходе которого он показал свои умения, но провалил ожидания в телепатии, его обмундировали и поставили на довольствие за счёт убитого бойца.

Нейтири высвистала икрана и попыталась его оседлать, но он перестал слушаться. Это были последствия нейрофизиологического удара, но она решила, что от неё отвернулась Эйва — за то, что она продалась людям за кусок мяса. Конечно, она расплакалась. Самое страшное наказание на Пандоре — отрезать косу, чтобы преступник не мог приручать животных и передавать мысли другим на’ви. То есть оборвать связи с Эйвой. Наплакавшись вволю, девушка попробовала ещё, и птеродактиль улетел в даль без неё. Потом прилетел Цу’Тей, ведомый верным животным.
— Нейтири, ты жива? Мы не ждали тебя. Мо’ат сказала, что ты провалилась на ту сторону Эйвы, откуда не возвращаются...
— Да, я побывала на той стороне. Там живут люди с неба, старики и дети. Там их дом и school.
— Ты научилась языку?
— Да, родители не пускали меня, принцессе негоже учить язык небесных людей. Но ты знаешь, они кормили и одевали меня, они добрые. Тут одни воины, а там они живут, женятся и родятся. Я бы хотела показать тебе это, но не могу.
— Хм, ты точно продалась им. Я отвезу тебя домой, но теперь я не женюсь на тебе. Полагаю, тебе надо отрезать косу.
— Нет, оставь меня под древом Души.

Цу’Тей вернулся к дереву-дому раньше девушек и рассказал родителям бывшей невесты историю спасения их дочери. Цахик Мо’ат расплакалась: её единственная дочь жива, слава Эйве, но продалась людям. Они вожди и должны подавать пример племени. Эйтукан потёрся носом о нос жены, что означало туземный аналог объятий, успокаивая её, но сам гневился, практически пуская из огромных глаз злые молнии.
Наконец с гаданий вернулись девушки и Нейтири.
— Нейтири, дочка, как ты могла продаться людям? Что они тебе пообещали? — сразу набросился на неё отец.
— Ничего не обещали, просто они пожалели меня, я почти умерла там, а они кормили и лечили меня, как тех детишек, которые ходили в школу. И они вернули меня назад.
— Я помню, как ты завидовала школьникам... Так вот в чём причина!
— Мама, почему ты хотела отдать меня за Цу’тея? — ни с того ни с сего спросила Нейтири, её мысли всё ещё витали вокруг гаданий.
— Мы договорились с его родителями ещё до того, как прилетели небесные люди, — нетерпеливо ответила Цахик.
Нейтири понурилась. Она знала, чего ждать, и была готова, но всё равно испугалась, когда Цу’тей подошёл сзади и заломил руки бывшей невесте, связал и отвёл к деревянной раме, на которой они расправлялись с пленниками и преступниками. Оматикайя начало гомонить, обсуждая наказание для изменницы.
— ...Выгнать её из племени без оружия! Пусть её съедят змееволки!
— Пожалейте её, дайте хотя бы нож, — это Туке, её подружка.
— А перед этим отрезать ей косу! — надрывался Цу’Тей.
Вождь прислушался к нему, так как многие поддержали эту мысль. Это было почётной обязанностью вождя, и отец, скрывая тоску, подобрался к дочери с костяным ножом. Нейтири взмолилась, невинно лукавя:
— Оставьте, всё равно я потеряла дар цахейлы! Люди наказали меня сами.
— Даже если и так, пусть тебе хотя бы будет больно, предательница, — выплюнул Эйтукан, замахиваясь ножом.

...Труди облетала территорию с аватарами на борту и заметила собрание на’ви.
— Они собираются казнить Нейтири! — крикнула Грейс, разглядывая сборище в бинокль. — Садимся!
Увидев снижающийся «Самсон», на’ви засуетились, доставая стрелы. От людей они не ждали ничего хорошего со времен расстрела школы. Сейчас они даже не узнали мирного учёного Огустин. Цу’Тей достал стрелу и прицелился по пилоту, но попал в плечо Грейс. Аватары вскинули автоматы, но их начальница приказала не стрелять по на’ви, только в воздух. Труди бросила в толпу дымовую шашку — на’ви разбежались, надрывно кашляя. «Самсон» сел на пустую поляну, Грейс отломила стрелу, чтобы не выдёргивать её из раны и не усиливать кровотечение. Нейтири, распятая на лобном месте, плакала от дыма, разъедавшего глаза. Грейс подобрала брошенный кем-то нож и перерезала верёвки. Морщась от боли в плече, она обняла изгнанную принцессу:
— Девочка моя, ты в порядке? Здесь больше не твой дом, летим на базу?
Нейтири повторила земной жест объятий и заплакала ещё сильнее.

Полетав на «железном икране», девушка немного успокоилась, думая о том, что Эйва предсказала ей, что принцесса встретит своего суженого именно на базе небесных людей. Он защитит её от одиночества.
На базе её поселили в домик для аватаров и одели, не желая смущать людей её наготой. Комплект предназначался Тому Салли, но пока его нет...
— По ту сторону Эйвы у меня было платье...
— Хорошо, я сошью его тебе сама, — рассеянно пообещала Грейс, озабоченная новой жиличкой. Тратить на неё биомассу не хотелось. Вероятно, придётся охотиться во время научных вылазок.
— Что ты любишь есть?
— Мясо змееволка. Я убиваю их гуманно, в глаз, и говорю над трупиком: «Прости, брат!», иначе Эйва не благословит пищу. Нельзя нарушать Эйву. А по ту сторону я пила чай, он сладкий, как роса цветка ка’ли. И ела фестралов и печень дракона.
— Хорошо, иди нарви себе фруктов, у нас в саду есть пара кустов.
Грейс улеглась на топчан и отключилась от аватара. Нейтири, увидев, что она не дышит, как и другие, испугалась этого дома мёртвых. Но вскоре пришли
ксенобиологи во главе с живой Грейс и начали лечить её раненый аватар, и Нейтири успокилась. Хорошо, что у отключенного аватара останавливается кровообращение и прекращается болевая чувствительность. Они быстро извлекли обломок стрелы, продезинфицировали и зашили рану.
По базе поползли слухи, что в плен захвачена сама дочь Оматикайя. Полковник Куоритч заинтересовался и приказал привести её для допроса. Грейс нехотя отпустила её, зная, что ничего хорошего там не будет.
Они заперлись в реанимационной для аватаров, где была внеземная атмосфера, и принялись беседовать. Военный захватил с собой электрошокер, чтобы пытать строптивую на’ви в случае чего.
Нейтири села на жёсткий металлический стул и уставилась на Куоритча исподлобья. Полковник попытался изобразить понимающую улыбку:
— Как дела? — спросил он на английском.
Нейтири прекрасно поняла его, но промолчала, сделав вид, что не понимает.
— Каким ветром тебя занесло на мою базу, красавица? Ты же принцесса племени, разве нет?
Нейтири побледнела. Это военный много знает.
— Я пришла погостить у доктора Огустин. Она мой друг.
— Грейс слишком добрая. Здесь не место для дружеских встреч. Выкладывай правду, девица.
Нейтири сильнее запахнула на себе казённую одежду. Она вновь почувствовала себя заключённой, как тогда среди этих людей в белом и странных мигающий приборов.
Куоритч не дождался ответа. Тогда он вздохнул и подошёл к ней поближе.
— Ты же принцесса, — повторил он, как будто размышляя вслух, — твой народ любит тебя и жизнь отдаст, верно?
— Возможно, — осторожно согласилась она, зная, что сейчас это уже не так.
— Я могу просто запереть тебя тут и отправить им сообщение, что их красавица у нас в плену. Поймана за нападение на мирного ученого... — он засмеялся, видя её возмущение такой наглой лжи.
— Успокойся. Они поверят. И в обмен на спасение тебя от земного правосудия они наконец уйдут с этой земли, которая нам нужна. Просто уйдут в другую местность. Чем там будет хуже? Найдут себе другое дерево для идолопоклонства...
— Эйва — это не просто дерево! Эйва не позволит этому случиться! На’ви не поверят вам!
Нейтири злилась и сжимала кулаки, а полковник улыбался.
— Даже если не поверят, всё равно, они придут, чтобы освободить тебя. Нападут на базу — будет реальный повод их переубивать.
Девушка вскочила, из глаз брызнули слёзы:
— Нет! Не смейте! они всё равно не придут, они ненавидят меня! Я — изгнанник племени.
Она спохватилась, но поздно. Теперь полковник знал.
Теперь он захотел расправиться с ней и подбирался к её косе, но туземка зажала её в руках. Параллизующий разряд пришёлся в кисть. Девушка упала, прижимая здоровой рукой больную и сгруппировалась в позу эмбриона.
Грейс разблокировала дверь наружу, давая путь к отступлению, но Нейтири лежала, получая разряды в бока и ступни. Гарри наколдовал себе головной пузырь и ткнулся в непробиваемое стекло, за которым кричала на’ви. Не смог пробить и помчался на улицу через шлюз.
За ним увязалась Труди с пистолетом. Сириус тоже не усидел на месте: ему было жаль и полковника, и Гарри. Их надо разнять, пока не началась беспорядочная пальба.
Гарри ворвался в блок и пальнул «Ступефаем» в военного. Тот, точно ударенный током, отлетел к стене. Гарри бросился к Нейтири, торопясь воспротивить «Протего». Нейтири со стоном поднялась на четвереньки и поползла к выходу, раздирая колени. Полковник ударился несильно, низкая гравитация помешала ему получить травмы. Ошарашенный, он он всё равно выхватил пистолет из кобуры и прицелился в Гарри. Держа щит, Поттер бросился бежать — спотыкающийся Куоритч палил по волшебному куполу. Когда противники разбежались, она поползла за ними, стараясь не попасть под шквальный огонь.
Сириус бросился на начальника и свалил его с ног, чтобы его не убило рикошетом от щита. Куоритч расценил это как неповиновение и пальнул ему прямо в бок. Раненый Сириус повалился мешком. К нему подбежала Труди и, поглядев на ранение, пальнула по полковнику. С другой же стороны в начальника охраны базы прилетела Авада.
— Ну, не-е-е-е-е-т. Нет, я говорю.
— Мужик, двигай ногами, говорю! — Труди с трудом отволокла Поттера от трупа Сириуса.
— Сириус, ты издеваешься, да? Ты, блядский Блэк, сколько можно при мне помирать? Давай, вставай! — Гарри попытался дотянуться до крёстного носком сапога, но девушка-пилот была очень сильной, и она уже далеко оттащила шокированного британца. Грейс, Труди с Поттером на плечах и всклокоченная Нейтири, кое-как плетущаяся за ними, шли по коридорам базы. Щёки Труди были в слезах и грязи, она даже не вытирала их, но вторая рука твёрдо лежала на стволе оружия.
— Придётся уходить с базы. Натворили вы дел, ребята, — ворчала Грейс. Она подхватила принцессу и показала дорогу всем четверым.
Гарри не понимал, что происходит. Его рвало на каждом шагу, и одежда Труди уже вся была мокрая. Он чудовищно хотел выпить.
— Есть на этой грёбаной планете виски? — проорал он (как ему казалось).
— Чего шепчешь, как тебя там? Гарри? — Труди отлично знала его имя, Сириус ей все уши прожужжал про своего великого крёстника. Мысли о черноглазом британце делали больно, и ей хотелось раздразнить кого-нибудь, чтобы сорвать злость.
— Гарри Поттер, ты прекрасно знаешь моё имя, американская сучка, — пробубнил Поттер. Хорошо, что его опять не расслышали.
Вместо этого Труди затащила его в мобильный блок Грейс, который та решила нагло спереть с базы. Огустин понимала, что к убийству полковника командование отнесётся очень и очень серьезно, и решила укрыться в горах на некоторое время, а заодно скрыть там и набедокуривших Поттера и Нейтири. Верная Труди согласилась отвезти их в горы и уже завела мотор «Самсона».
Гарри пил чай. Ну, или что-то, похожее на чай, и жрал печенье из пайка. Как говорила Молли, когда англичанину плохо, он пьёт чай. Особенно если виски нету.
Когда он прикончил пятую чашку, Труди озабоченно посмотрела на него. Мужик расклеился совсем. Она не могла понять, какое ей до него дело. Она его не знает, только слышала о нём сто раз, но Сириус рассказывал о прекрасном талантливом мальчике, а не о спившемся бывшем вояке.
Но подсознательно она хотела заботиться о нём. Наверное, мёртвый Сириус оставил ей эту обязанность, так как сам он так и не смог позаботиться о крёстнике. Непутевый Блэк.
— Эй, Поттер?
— Чего? — ответил тот, жуя печенье.
— Хочешь видосики посмотреть?
— Какие видосики ещё?
— Вот тут есть такая штука, «Ютьюб» называется. Про что захочешь, про то и можно посмотреть. У нас тут есть доступ к ней.
— Хочу про магию.
— Ну это не волшебный сайт, но-маджи придумали… но здесь можно найти пиратские фильмы про тебя. Мы с Сири… то есть я видела, там такой шкет смешной тебя играл! Давай посмотрим, всё равно заняться нечем.
Доктор Огустин неодобрительно посмотрела на них, но промолчала. Пусть поддержат друг друга, как могут. Нейтири от нечего делать тоже присоединилась к просмотру, незметно перетаскав все Поттеровские печеньки. В конце концов, Поттер наколдовал им удобные кресла и поп-корн, и казалось, что троица забыла о проблемах на целый день.
Они пересмотрели все фильмы и даже дополнительные материалы, какие нашли, старательно обходя тему Сириуса. Гарри так и не заснул, и перед рассветом Грейс вколола парню снотворное, после чего тот забылся тяжёлым сном. Труди пошла дежурить у модуля, прихватив с собой туземку — та лучше видела в темноте. Конечно, был прибор ночного видения, но надо же было чем-то занять подругу, которой, к тому же, негде спать.
— Труди, я не могу сражаться в случае опасности, меня опозорили и лишили лука. Чем я тебе помогу без оружия?
— Бери автомат, я научу в тебя стрелять.
Синяя опасливо согласилась. Они вышли на поляну и занялись делом.
— Нет, не нужно сжимать рукоять винтовки, словно это лиана, удерживающая тебя от падения с летающей горы, — произнесла Чакон, наблюдая за действиями Нейтири. — Расслабься, представь, что винтовка — это часть тебя, выровняй дыхание, прицелься и пла-а-авненько нажми на спусковой крючок. Помни, что выстрел произойдёт неожиданно. С настройкой прицела разберёмся позже, пока что нужно отработать базовые навыки.
— Я знаю, как целиться из лука и куда полетит стрела, а тут я не понимаю...
— Загляни в глазок коллиматора. Там видно крестик, в его центре должна быть твоя цель.
Нейтири кивнула, старательно прикладываясь к оптике.
«Баловство одно», — подумала Труди, сдерживая улыбку. Она не ожидала, что на’ви сразу сможет выстрелить. Автомат бабахнул одиночными. На ветвях ближайшего дерева послышался шум. Неужели там солдат охраны RDA? Нет, что-то мельче. Нейтири бросилась к дереву и закричала, склонившись над чем-то на земле:
— Эйва не простит меня!
— Что там?
— Я убила пролемура. Случайно. Я целилась по фруктам... а он прыгнул... Они наши братья...
Она показала Труди разорванное пополам тельце с шестью конечностями. Женщина-пилот понимающе кивнула и пошла в модуль за саперной лопаткой, чтобы похоронить зверушку с миром. Нейтири плакала, рвала цветы и ловила семена Эйвы, чтобы полуразумное создание упокоилась как настоящий на’ви. Потом передумала, даже не сказав Труди, и вызвала икрана, чтобы он отвез её к Древу голосов, надеясь, что если она проведёт обряд похорон максимально правильно, то Эйва смилостивится. Она и так уже достаточно прогневала Мать.
Она быстро домчалась до Древа и спешилась, чтобы предать земле пролемура. Там-то её и застукал бывший жених. Он тихо вышел из кустов к замёршей в страхе девушке. Увидев земное оружие на её плече, Цу’тей испугался, но не подал виду.
— Ну что, изгнанница, теперь убиваешь свой народ? — усмехнулся он.
— Это случайность, Цу’тей, — процедила сквозь зубы Нейтири. Она осторожно нащупывала винтовку, про себя повторяя советы Труди по стрельбе. Если он нападёт, она выстрелит, без колебаний. Этот мужчина больше не внушал ей никаких тёплых чувств.
Цу’тей неверяще ухмыльнулся.
— А то, что ты с стреляющей палкой возле Древа голосов, — тоже случайность?
— Нет. Вы изгнали меня, и я вольна ходить где хочу!
— Но не возле наших святынь!
Нейтири знала, что он прав, но промолчала.
— А ты за мной шпионишь?
— Я охраняю покой племени.
— А я пытаюсь выжить. Хорошо, что люди мне помогают, вы обрекли меня на смерть.
— Так почему ты не на их базе, а здесь убиваешь наших братьев? — воскликнул он.
— Потому что там я не могу находиться, — Нейтири решила говорить правду. Вдруг это поможет ей получить прощение?
— Я так и знал, что люди только притворились, что помогают тебе...
— Нет, дело не в этом. Это сложно, но в общем... Полковник, главный на базе, убит. Его убил тот землянин, Поттер, который помог мне вернуться на Пандору.
Цу’тей не мог поверить. Такая удача, база без руководства! А вдруг она лжёт? Хочет отомстить племени, заманив их на базу на растерзание? Мужчина не знал, что делать. Раньше он был уверен, что знает Нейтири, умеет понимать, когда она врёт. Сейчас он смотрел в её красивые глаза и видел незнакомку. Она предательница, напоминал он сам себе, она продажная девка. Кто знает, может, у неё уже кто-то есть среди людей? Ему стало тошно от этих мыслей.
— Как я могу быть уверен, что ты не врёшь?
— Никак. Попробуй послать шпионов к базе, возможно, ты увидишь, что воины в смятении, но близко они не подпустят. Цу’тей, я знаю, что ты ненавидишь людей, и среди них действительно есть очень плохие, но доктор Огустин, Труди, Сириус, Гарри Поттер — хорошие, добрые, не меряй всех одной меркой! Нам нужна помощь, мы бежали в горы от расправы, но долго не протянем. Пока база без начальника, её можно захватить и диктовать свои условия Земле.

Паркер Селфридж был недоволен.
Для обычного человека недовольство — значит лёгкая досада. Для администратора RDA и его подчинённых «недоволен» — значит «спасайся кто может».
Он нервно курил в зале совещаний, поглядывая на часы в ожидании. С минуты на минуту должен был прибыть новый военный руководитель базы RDA. Паркеру ужасно не нравилось это обстоятельство. Во-первых, он только недавно наладил сотрудничество с Куоритчем, как тот так невовремя помер от рук английского нелегального беженца мага. С ума сойти. Теперь военные роптали и не желали слушать его распоряжений, заявив, что они хотят расправы над убийцей полковника и будут ждать нового командующего. Во-вторых, никто на Земле не послушал мнения Селфриджа по поводу кандидатов на эту должность, и новым воякой назначен некто Хитклифф Громофф, о котором Селфридж ничего не слышал и даже не мог толком навести справки. Единственное, что он узнал, что Громофф — русский по происхождению, непонятно как построивший карьеру в армии при отсутствии связей и таланта. Возможно, связи были в таких кругах, куда Паркеру ход закрыт. Интересно, он прибыл с пассажирским челноком или ошивался на базе незамеченным?
Так или иначе, Громофф уже опаздывал. Докурив сигарету и притушив её об стол, Селфридж уже хотел звонить, когда в помещении отворилась дверь и вошёл мужчина.
Он был невысокий, худощавый, с пышными кудрявыми волосами жгучего чёрного цвета. Длинный нос ястреба выделялся на лице меж глубоко посаженных тёмных глаз. Паркер решил, что у нового коллеги, помимо русских, есть и цыганские корни. Прямо как у книжного Хитклиффа². Наверное, мать выбрала романтичное имя своему отпрыску.
Хитклифф Громофф без улыбки поприветствовал администратора. Селфридж же наоборот широко, по-американски ухмылялся и тряс руку военному.
— Очень рад, что база наконец вновь обрела компетентного шефа. Здесь не хватает сильной руки.
— Да? А в чём тут дело? Когда меня отправляли сюда, мне сказали, тут обычная тихая планетка с аборигенами, никаких горячих точек...
— Ну, в принципе, так и было. Но смерть полковника сильно обострила ситуацию. На’ви узнали, что база без руководства, и что-то явно готовят. Разведка толком не приносит данных.
Лоб Громоффа покрылся испариной.
— Но... На’ви, это же туземцы! С луками и палками, я прав? Что они нам могут сделать?
— Они далёко не так просты, уважаемый полковник Громофф.
Селфридж кратко ввёл его в курс дела, показывая данные разведки, рассказывая о программе «Аватар» и исследованиях доктора Огустин. Громофф на глазах бледнел. Закончив, Селфридж уже понимал, что вместо партнёра получил лишнюю проблему в лице штабного военного офицера без опыта реальных боев.
— Когда вы планируете знакомство с контингентом? — Спросил Паркер.
— Я... Не думаю, что я... Мне необходимо связаться с Землёй. Знакомство — завтра, с утра. Я хочу видеть офицеров в своём кабинете.
— А солдаты? Они ждут вашего появления как манны небесной.
— Нет, к ним я не выйду, может, потом.
Селфридж смеясь подумал, что от книжного Хитклиффа здесь только кудри и видимость интеллекта. Громофф никуда не годится. Что ж, зато им можно с лёгкостью управлять. После утреннего совещания офицеров Селфридж подозвал одного капитана в свою курилку, и там возмущённый и растерянный капитан излил администратору душу. Громофф не имеет представления о силе противника, не знает принципов ведения войны с отстающими цивилизациями, не имеет вообще навыков полевых и военных действий. Названия спецтехники и боевых операций приводят его в замешательство. В общем, тот, кто прислал сюда этого тепличного штабного, — либо полный идиот, либо имеет цель разрушить проект RDA и оставить Землю без колонии и анобтаниума.
Селфридж попрощался с капитаном и пошёл прямиком к Громоффу.
— Доброе утро, полковник. Как успехи? Разработали план отражения атаки и подавления бунта аборигенов?
— Здравствуйте, мистер Селфридж. Мы в процессе мозгового штурма.
Военный сидел, обложившись картами и схемами, и тупо смотрел на них.
— Имею смелость посоветовать вам срочно отправить несколько разведотрядов в горы и поисковый отряд. Необходимо найти и захватить сбежавших с базы убийц Куоритча. Они могут стать катализатором атак на’ви, снабдив их сведениями. К тому же, если мы их не накажем, наши собственные солдаты могут начать бунт. Скажу откровенно, обстановка на базе очень... м-м-м-м... непокорная.
К его удивлению, Громофф засмеялся.
— Они не посмеют. Бунтовать? Зачем? У них новый руководитель, и я наведу здесь порядок прямо сейчас.
Он позвонил по внутреннему телефону и вызвал своего помощника. Молодой бравый офицер прибежал через 5 минут.
— Симпсон, скажите-ка мне, правда ли, что в рядах бойцов смятение и бунтарские настроения?
Симпсон растерялся, но отрапортовал:
— Никак нет, полковник.
— Тогда напечатайте текст приказа и развесьте везде по базе. «Любое неповиновение, отказ от исполнения приказа руководства, попытки разжигания конфликта в рядах военных на базе RDA будут караться по всей строгости военных законов. Зачинщики и сочувствующие будут подвергнуты смертной казни без права захоронения на Земле. Обо всех случаях подобного рода сообщать руководителю базы полковнику Громоффу лично».
Испуганный Симпсон записал текст в блокноте и умчался, забыв попрощаться. Селфридж очень хотел спрятать лицо в ладонях и заржать, но удержался. Всё гораздо хуже, чем ему показалось сначала.
Цу’тей метался из угла в угол, думая о сообщении Нейтири об убийстве Куоритча и возможности сейчас взять бесконтрольную базу людей почти голыми руками. Он не знал, верить ли изгнаннице, и если верить, то стоит ли рисковать соплеменниками в этой резне? Ведь даже если риск небольшой — он есть.
В итоге он посоветовался с друзьями и соратниками и они тут же загорелись идеей напасть на землян. Обида и недовольство на них копились у племени годами, и наконец настал час расплаты.
Уже наутро он собрал отряд из ста с лишним мужчин, вооружённых луками и ножами, и скрытно отправился к базе, стараясь не попасться на глаза не только разведке RDA, но и разношёрстным беженцам в горах, новым друзьям Нейтири, магия которых пугала Цу’тея.
Выступать решили перед рассветом, пока база спала. Туземцы поднялись раньше восхода солнца (старый трюк, напились водой побольше на ночь и встали раньше) и на палулуканах опправились на базу.
Над базой барражировали двухвинтовые вертолеты. Немногочисленную конницу расстреляли. Цу’тей был ранен, его палулукан убит, и туша придавила и сломала ему ногу.
Воины пытались оттащить тушу, чтобы освободить предводителя, но тот уже захрипел:
— Добейте...
Зоркая Нейтири, облетавшая с Труди разведывательные круги, заметила копошение внизу и велела снижаться. Посмотрела ближе и увидела, что убили её бывшего суженого. Она не настолько желала ему зла и с расстройства пальнула по крылатым машинам. Случайно подбила один вертолет. Неожиданная идея пронзила её мозг. Она попросила пилота усилить её голос и ей дали матюгальник:
— На’ви! Садитесь на баньши и хватайте их лапами! Бейте их о землю!
Туземцы, видевшие поражение одной команды людей, прониклись.
— Изгнанница, как мы пойдём за тобой? Мы бы рады, но Эйтукан изгонит и нас!..
— Вы должны сплотиться! Вы же пытались захватить базу, у нас есть шанс Труди, подбери тело Цу’тея, летим к древу, я придумала!
Её посетила догадка поднять на бой саму Эйву, но подлететь туда не представлялось возможным, и она вызвала икрана.
— Встречаемся в модуле!
Подлетая к модулю на автопилоте, Чакон рассматривала окрестности в бинокль. Гарри дежурил возле, охраняя Грейс. Стрелять он не умел, но владел мощным колдунством. Хотя ему следовало помочь: из леса на него надвигались пехотинцы корпорации. Труди схватилась за пулемет, крикнув в эфир:
— Гарри, щит!
Гарри пожалел, что уничтожил свою временную метлу, а то бы ему хватило сил нанести щит на весь модуль. Надо внутрь, упаковать женщину-учёного и её раненый аватар.
Труди косила пехоту из пулемёта, Нейтири через связь с Эйвой выслала вперед лесное зверье — змееволков, тиранотериев-молотоглавов и танаторов, они выбегали из чащи и бросались под танки и гусеничные «трактора» для вырубки леса, прыгали им в кабины и загрызали насмерть.
Отряд Цу’тея надвигался на вертолёты, умело лавируя между огневыми залпами. Пару икранов, правда, разнесло в клочья и их седоки разбились. Но Лион умудрился прорваться сквозь строй и обрушить безвестный самсон во дворе базы. Вспыхнул пожар. Громофф не выдержал и скрылся в закоулках базы. Нашли его в зале роботов, один из них он и пытался завести. Восставшие солдаты просто пустили ему пулю в лоб, устав от противоречивых приказов в течение битвы.

Подполковник Страйт, как самый старший по званию из оставшихся, взял на себя временное руководство и направился с несколькими офицерами на поиски Паркера Селфриджа.
Паркер в своём кабинете смотрел по мониторам, как разворачивается битва, и грыз ногти. Дверь в кабинет открылась с ноги Страйта, и он ввалился с толпой офицеров, следя грязными сапогами по светлому ковру. Селфридж молча указал им на стулья.
— Как идет битва? Сколько мы потеряли?
— Ты тут вопросы уже не задаешь, Селфридж, — Страйт, распалённый боем, плюнул под ноги, у него кулаки чесались вмазать Селфриджу по холёной роже, но он пока не дал весомого повода.
— Где полковник Громофф?
— …погиб в бою.
— Не в бою, он пытался дезертировать.
— Шальная пуля его прикончила.
Нестройный хор голосов военных ясно дал понять, что Громоффа прикончили именно они, и теперь они уже ничего не боятся, доведённые до крайности.
— И каковы ваши планы, господа? Я так понял, подполковник, вы теперь командующий?
— Совершенно верно. И как командующий, в момент военного конфликта я главнее, чем ты, уважаемый администратор Селфридж. Ситуация у нас швах. Синие захватывают все позиции. Мы потеряли время и проиграли им. Они призвали свою богиню, или то она там, и вся фауна бьётся с нами на их стороне. Подбит минимум один «Самсон». Потеряно много людей.
— И что вы предлагаете?
Страйт встал перед ним и опёрся кулаками на столешницу, нависнув над вспотевшим Паркером.
— Я предлагаю сдаться и перейти на сторону на’ви. Потому что они нас уничтожат. Либо смерть, либо капитуляция. Если честно, никто из нас не хочет биться с ними. Труди Чакон уже ушла от нас, уход других — вопрос времени. Аборигены здесь в своём праве, это их земля.
— То есть, вы хотите, чтобы я от имени RDA отказался от притязаний на их землю и от дальнейшей колонизации Пандоры? Прямо сейчас?
— Именно, мистер.
— Или что?
Страйт достал пистолет.
— Никакого «или» для тебя уже не существует.
— И что вы предлагаете?
Страйт встал перед ним и опёрся кулаками на столешницу, нависнув над вспотевшим Паркером.
— Я предлагаю сдаться и перейти на сторону на’ви. Потому что они нас уничтожат. Либо смерть, либо капитуляция. Если честно, никто из нас не хочет биться с ними. Труди Чакон уже ушла от нас, уход других — вопрос времени. Аборигены здесь в своём праве, это их земля.
Паркер Селфридж поправил галстук и встал. Собственно, он и сам видел исход битвы именно так. Судя по всему, Пандора оказалась слишком крепким орешком.
— Через десять минут я буду внизу. Господа, я рассчитываю на обеспечение моей безопасности. Я безоружен. Сейчас я продумаю основные моменты мирного договора, и мы вместе обсудим его с представителями аборигенов.

Радист Сэлфриджа зашёл в отдел к операторам аватаров и запросил радиоканал к Грейс.
— База капитулировала! Мне надо вызвать доктора Огустин!
Учёные, конечно, видели заварушку и радели за на’ви, но исход битвы предполагали иной. Только когда им показали толпу задыхающихся «синих», разгуливающих по базе с луками наизготовку, они поверили.
— Всем надеть маски и пустить сероводород! — приказал негритянский заместитель Грейс. — Они же не приспособлены к земному воздуху!
Радист объявил это по внутренней связи — веление исполнили. Радист подключил шлемофон к радиопроцессору и вызвал удалённый модуль.
— База вызывает доктора Огустин! Ответьте!

...Грейс, мирно сидевшая за микроскопом и изучавшая образцы флюоресцентных нейроволокон древа души, которые передала Нейтири, согласившись отрезать самый маленький кусочек, навлекая на себя гнев Эйвы, прегрешениям перед которой она уже потеряла счёт. Раздался сигнал вызова, засветилась картинка. «Мы пропали!», — подумала женщина-учёный.
— Модуль слушает! Мы не сдадимся, — ледяным тоном отрезала она.
— База захвачена вашими туземцами!
Грейс удивлённо захлопала глазами.
— Не может быть! Даже если это правда, что вы от нас хотите? Чтобы мы уговорили их сдаться?! Не дождётесь.
— Поговорите с синими, они скажут, — радист перевёл видеокамеру на Лиона.
Тот заговорил на родном:
— Воины людей с неба захвачены. Они сдались.
— Радист, покажите базу целиком.
На картинке возник обзор штаба: улыбающаяся Нейтири поила чаем группу своих в голографическом зале. Один на’ви пытался схватить проекцию древа душ.
— Достаточно. Где Паркер?
— Ждёт вас и готовит речь. Доктор Огустин, похоже, вам внезапно выпал стрит флэш, — улыбнулся радист.
Грейс тоже улыбнулась, встала и окликнула Труди и Гарри, которые маялись дурью после отражения нападения на модуль, выжигая адреналин в упражнениях самбо. Грейс объявила о победе. Труди присвистнула.
— Лишь бы Селфридж не отказался от своих слов. Гарри, ты не мог бы воздействовать на него? Это в твоих силах?
Гарри подумал и, прикинув варианты, выдал:
— Есть одна идея.

Наконец, когда все уже успокоились, перезнакомились, попили чаю, к народу вышел Страйт.
— Дамы и господа, внимание! К нам с речью от лица корпорации хочет обратиться её представитель, всем вам известный администратор RDA Паркер Селфридж. У него есть предложение.
Аплодисментов не последовало, но вышедшего Паркера это не смутило.
— Добрый день всем собравшимся. Как мы все видим, ситуация на планете внезапно резко поменялась, что требует от нас сесть за стол переговоров, если мы не хотим больше кровопролития. Вы согласны?
Ответом было насмешливое бормотание. Все были согласны, но все также понимали, что у Селфриджа сейчас выбора нет — либо договориться хоть как-то, либо быть убитым.
— Итак, база корпорации капитулировала, и я, как представитель корпорации, готов переговорить с представителем народа на’ви об их требованиях, — Селфридж в ожидании смотрел на скопление аборигенов, теребя папку с бумагами.
Лион вышел из толпы и поднялся на импровизированную трибуну из подбитого «Самсона». Селфридж протянул ему руку. Пандорец презрительно взглянул на него, повернулся и бросил взгляд на соплеменников. Они все молча смотрели на него, только Нейтири закивала головой. Лион ещё поколебался — и протянул синюю ладонь. Рукопожатие было встречено несколькими радостными воплями. Селфридж, ободрённый началом, заговорил:
— Итак, корпорация RDA делает заявление. Все вы знаете, что целью нашего пребывания здесь было исследование планеты и её полезных ископаемых, а также завязывание дипломатических отношений с коренным населением. В результате программы «Аватар» и исследований под руководством уважаемого доктора Огустин мы добились многого. Но основная цель — разведка и начало разработки руды анобтаниума, который совершенно очевидно не нужен пандорцам, но крайне необходим землянам, — так и не воплощена. Причина этого — близость культовых объектов вашего народа к залежам анобтаниума и нежелание идти на компромисс.
Паркер прокашлялся.
— В результате некоторых событий внутри базы с участием вновь прибывших землян на базе случился неприятный инцидент, приведший к гибели полковника Куоритча. Мы по-разному относились к его деятельности, в том числе и у меня было много претензий к его методам. Однако при нём хрупкий мир между корпорацией и коренным народом сохранялся и именно его смерть и приход нового руководителя стал толчком к вооружённому восстанию.
В толпе возмущённо загудели на’ви, выкрикивая оскорбления в адрес покойного полковника. Солдаты же колебались, кого поддержать, так как уважали бравого военного, но не хотели потерять обретённое расположение пандорцев.
— В общем, какова позиция RDA теперь, когда мы захватили базу? — прервал изложение Паркера Лион.
— Наша позиция такова. Мы сворачиваем разработку руды и снимаем все притязания на месторождение. Соответственно, военная база ликвидируется, военные возвращаются на Землю, в том числе и ваш покорный слуга, так как мне здесь делать больше нечего. Вы отпускаете нас с миром. При этом мы хотим оставить программу «Аватар» и просить вас позволить доктору Огустин продолжить исследования планеты и вашей культуры. Пандора может быть колонией Земли. При этом мы гарантируем отсутствие военных посягательств, здесь останется лишь несколько солдат для защиты учёных от диких зверей и некоторой помощи им.
На’ви зааплодировали и закричали радостно. Солдаты незаметно выдохнули. Многим из них осточертела Пандора, и они хотели на Землю.
— Однако, у нас своё условие. Скорее, даже просьба. Мы улетим, но через 12 лет прилетят новые земляне. Не военные, а колонизаторы. Они будут строить поселения и осваивать Пандору для жизни. У нас есть разработки, чтобы вывести новый подвид людей с генномодифицированной дыхательной системой, приспособленной для жизни в вашей атмосфере. Они поделятся с вами нашей культурой и опытом, а вы с ними — своей природной магией и знаниями, как здесь выжить. Поселение будет небольшим — не более 100 человек.
На’ви возмущённо затопали ногами.
— Не хотим никаких людей! Вы варвары, вы уничтожаете всё, что видите!
— Эйва их отторгнет, люди здесь не нужны! Учёных и так более, чем достаточно!
Тут перед толпой выбежала Нейтири.
— Братья, сестры, послушайте! Вы изгнали меня из племени, не дав объяснить, не дав возможности рассказать про мою жизнь на Земле. Это вовсе не так плохо, как вам кажется! Простые земляне — добрые, трудолюбивые, они не варвары! Они спасли меня, они даже смогли посадить семя Эйвы! Они вернули меня домой так быстро!
— Мы не верим тебе, ты продалась людям!
Тут из толпы вышел Гарри, который до этого молчал. Он громким басом привлёк внимание:
— Я Гарри Поттер, волшебник с Земли. Я здесь недавно. И я владею магией, которая способна показать любому из вас воспоминания этой юной леди о Земле и людях. Если это вас убедит, вы согласитесь?
Он подошёл к Нейтири и поднёс палочку к её виску, вытягивая серебряную нить воспоминаний. Лион подошёл к нему и согласился посмотреть. Пришлось срочно сделать Думоотвод из первой попавшейся посудины, и через двадцать минут Лион смотрел кино о приключениях Нейтири. Он вынырнул из Думоотвода поражённый и подтвердил, что люди были очень добры. Нейтири задумалась, видел ли он сцену с Луной на дереве, и похихикала под нос от ошарашенного и смущенного вида соплеменника.
— Итак, вы согласны, что земляне могут быть хорошими соседями и основать колонию на Пандоре? — спросил его Селфридж.
Лион колебался, но в итоге согласился. Селфридж довольно хлопнул в ладоши и достал бумаги из папки — договор о перемирии со всеми условиями. Нейтири, как знающая английский, перевела его для Лиона. Однако он всё еще не верил.
— А что, если вы вернётесь через 12 лет с новыми военными и боевой техникой? Где гарантии?
Улыбка Селфриджа слегка увяла.
— Нет-нет, никаких военных действий больше. Мы понимаем, что эта Эйва для вас священна...
Его бормотание прервал Поттер.
— Нерушимый обет.
— Что, простите?
— Это волшебный обряд. Нерушимый обет подразумевает, что заключившие соглашение стороны не могут его нарушить под страхом смерти. Я могу наложить его на вас, если предварительная проверка покажет, что у вас есть волшебные способности.
Селфридж похолодел. У него не было никакого желания ни брать на себя этот обет, ни проходить какую-то проверку... Но на’ви и солдаты уже начали хмуриться и поигрывать оружие, глядя на администратора, и он согласился. Что же, судя по всему, планам на анобтаниум действительно пришёл конец. Если только через 12 лет сюда не нагрянет новый администратор.
Гарри подал Селфриджу волшебную палочку:
— Держите, сэр. Выставьте её вперед острием вверх и скажите: «Люмос».
Администратор корпорации недоверчиво принял артефакт и исполнил веленное. Палочка разразилась снопом искр. Это означало: проверку прошёл маг. Значит, заклятье обета можно накладывать. Ну а на’ви — стихийный маг от роду, так что всё в порядке. Можно начинать обряд.
— Возьмитесь за руки и держитесь, пока я не разрешу разнять руки.
Огромная четырёхпалая лапища Лиона обхватила такую маленькую по сравнению с кистью Селфриджа. Гарри бормотал заклинания над руками, пока их не скрепили огненные нити, обвивающие рукопожатие противников.
— Паркер Селфридж, вы обещаете поддерживать пакт о ненападении на Пандору и свернуть на Земле проект разработки анобтаниума?
— Обещаю, — выдавил из себя землянин.
— Вы обещаете сделать всё, чтобы иные лица не начали проводить подобные проекты на Пандоре?
— Обещаю.
— Вы обещаете, что проект колонизации Пандоры будет носить исключительно мирный характер?
— Да, обещаю, чёрт возьми.
Нити погасли, Поттер разбил рукопожатие ребром ладони. Обет закреплен.
Селфридж притих, переваривая содеянное. На’ви подозрительно поглядел на оппонента, а потом заржал. Неловкую ситуацию разрулил радист.
— Мистер Селфридж, мне слать радиограмму?
— Пошли, я выступлю сам.
Гарри призадумался, может, остаться на Пандоре и примкнуть к группе учёных и ждать колонизаторов, попутно начав обучать магии местных детишек. Они же своими косами могут колдовать, как палочками, а Эйва — это сама мать-магия. Да что он себе врёт, он хочет остаться с Труди и начать тут новую жизнь, не отягощённую военным прошлым. Война на’ви и землян его лично коснулась мало. Да, Сириус погиб, но... Но с Труди так спокойно и ровно, как ни с кем. Она сильная, не сентиментальная, неболтливая… Сейчас самый прочувствованный момент для таких слов. Гарри решился и разыскал девушку.
— Хей, ты как? Слушай, я хотел поговорить. Может, это слишком поспешно, ведь я тебя знаю без году неделя, но… Труди, я тебя люблю. Будешь моей?
Труди мягко улыбнулась, но сжала его плечо стальной хваткой.
— Нет, Гарри, прости. Я тебе не говорила, но со следующим челноком прилетает мой жених, Норм Спеллман. Специально ко мне. Я его жду последние шесть лет.
Гарри сглотнул.
— А как же Сириус?
— Это была отрада для тела и развлечение в этой скукотище. Возможно, останься он в живых, нам бы предстоял тяжёлый разговор и выбор. Но ты выбрал за меня, явившись сюда и расставив всё по местам.
Поттер присел на корточки, сорвал и смял жёсткий лист какого-то кустика. Сидевшая на нём букашка укусила его за палец, который немедленно начал опухать.
— Знаешь, наших солдат кремируют, и Сириуса тоже, ты можешь спокойно эксгумировать капсулу с прахом и отвезти на Землю. Наверняка кто-то из родных жив...
— Нет, только я.
Труди судорожно вздохнула. Она ненавидела такие разговоры.
— Лети домой, Гарри. У тебя жена, дети...
— Я, пожалуй, разведусь с Джинни. Она меня тяготит.
— Но она твоя боевая подруга.
— Да, это ты знаешь, фильм сняли по моим дневникам. Директор Дамблдор велел написать их. Но я понял, из-за чего я запил. Я больше не хочу всей той жизни, Труди. В конце концов, детей не брошу. Но...
Они смолкли.

...Челнок с Джейком и Нормом прилетел через несколько дней. Солдат завернули обратно, а двух операторов аватаров оставили. Норм обрадовался, увидев Труди живой и невредимой. Гарри послал патронуса на Землю. То есть понадеялся, что он долетит в микродыру и его засекут в министерстве:
«Война окончена, Сириус погиб. Возвращаюсь с прахом. Джинни, не жди меня, живи с другим, лететь долго».
Долетел до станции — там его погрузили в анабиоз, охладив тело до критической температуры и подключив его к капельнице с питательной жидкостью. Он спал.

__________________
¹ Омнисинематограф — магическая версия кино на базе омнибинокля.
² Хи́тклифф (англ. Heathcliff) — главный действующий персонаж романа Эмили Бронте «Грозовой перевал». Неопределённой национальности, возможно, цыган. Мрачный и взрывной, страстный герой, вначале романтичного характера, а во второй части романа — резко отрицательный персонаж.