galleonych
кошки-кошки, всюду кошки, эти мохнатые чудовища с кожаными крыльями
По дороге к заведующему Волшебным Отделением Скорпиус без устали донимал родителей новыми идеями. Впервые в жизни прокатившись на лифте, он пришёл в полный восторг и безуспешно упрашивал отца построить в Хогвартсе хоть что-то похожее. Затем мальчик переключился на маму и принялся увлечённо расписывать план собственного парка развлечений. Притих Скорпиус лишь при виде профессора Ефремова, вышедшего к ним навстречу. Тот вежливо поприветствовал супругов и тепло улыбнулся мальчику:
— Привет. Ты, должно быть, Скорпиус?
Малфой-младший кивнул.
— Любишь кататься на аттракционах?
— Ага. А откуда вы знаете?
— Твои наполеоновские планы весь этаж слышал! — весело хмыкнул врач. — Драко, советую сводить его в парк Горького, там замечательные аттракционы. Сейчас для этого самая подходящая погода.
Драко погладил бородку двумя пальцами и кивнул обрадованному сыну.
— А теперь все в процедурную, снимать соскоб слизистой со щеки. — Профессор сделал приглашающий жест.
— Это больно? — спросил Скорпиус невольно дрогнувшим голосом. Астория ободряюще сжала ладонь сына.
— Не больнее, чем зубы почистить! — рассмеялся Ефремов.
— Что будет потом? — Драко заметно нервничал.
— Потом мы подпишем пакеты и отправим в Гемокод. Дальше — уже забота генетиков.
Профессор не обманул: процедура действительно оказалась безболезненной. Отец и сын перенесли её спокойно, но Астория в процессе сильно закашлялась. Это явно насторожило Ефремова:
— Миссис Малфой, не могли бы вы пройти ко мне в кабинет для осмотра? Обещаю, это не займёт много времени. — Профессор старался говорить как можно более мягко и спокойно, но от супругов не ускользнуло то, что доктор хмурится.
— Разумеется, профессор — ободряюще кивнув мужу и сыну, Астория вышла вслед за Ефремовым. Встревоженные Драко и Скорпиус остались сидеть в процедурной. Драко нервно подёргивал себя за бородку. Неужели всё куда серьёзнее, чем казалось с виду?...
Скорпиус тихо подошёл к отцу и положил голову ему на плечо:
— С мамой всё будет в порядке, правда?
— Конечно, сынок. Даже не сомневайся. — Драко заставил себя улыбнуться.

***
— Миссис Малфой, как врач я настоятельно рекомендую вам перестать носить корсет. Ваши бронхи и лёгкие...
— Боюсь, отказ от корсета ничего не изменит, профессор — вздохнула Астория.
— Почему вы так уверены? Честное слово, более свободные платья ничуть не испортят вашей красоты, а возможность дышать полноценно...
— Кашель — следствие проклятия, которое я получила, рожая сына. — Астория принялась нервно теребить пуговицу на блузке. — Уверяю, корсет здесь совершенно не при чём.
— Скорпиусу сейчас одиннадцать лет, я правильно понимаю? — профессор Ефремов подался вперёд.
— Да.
— А рожали вы в больнице святого Мунго, верно?
— Верно. Но какое это имеет значение? — Астория в недоумении вскинула брови.
— Одиннадцать лет назад главврачом больницы святого Мунго был доктор Райзенберг, а при нем родильное отделение было... уж простите меня, миссис Малфой... далеко не образцом санитарии. Никакой обсервации для больных рожениц, все в одном отделении... Даже дети моего программиста родились при нем, их мать подобрали на улице...
— К чему вы клоните, профессор? — Голос Астории дрогнул, но она посмотрела в глаза Ефремову твёрдо и решительно.
— У вас подозрение на туберкулез, мэм. — Без обиняков сообщил доктор.
Миссис Малфой крепко сцепила руки на коленях, но более ничем не выдала своего волнения.
— И что в таких случаях положено делать? — Спросила она так спокойно, будто речь шла о погоде.
— Пройдемте на первый этаж и сделаем снимок легких, флюорографию по научному.
...Когда миссис Малфой явилась из радиологии, обычно невозмутимый Ефремов, поглядев на результат, сорвался на лаборанток:
— Сучки пиздоглазые, да не описание мне надо, а снимок!
Он уже предчувствовал, каков будет результат.
— Иван Львович, да не разоряйтесь вы так ! Сейчас распечатаем! — Засуетились барышни.
Едва глянув на распечатку, Ефремов мрачно кивнул. Закрытая форма туберкулеза. Его худшие опасения подтвердились.
Потом была карета скорой помощи, очень впечатлившая Скорпиуса мигалками и сиреной. Туберкулезная больница,
впечатлившая Драко своей неприступностью. Проба Манту на этом фоне уже не очень впечатляла, но тоже запомнилась обоим.
— След не мочить, заклеить пластырем и наблюдать у мадам Помфри... пардон, Ханны Лонгботтом. А теперь идите гулять. Астории вы больше ничем не поможете, только заразитесь. — Ефремов отдавал распоряжения сухо и чётко, точно полководец перед битвой.
Скорпиус смотрел глазами, полными слез:
— Мама будет жить?
— Да, сынок. Иониозид и римфампицин сделают свое дело. — Тон доктора несколько смягчился. Скорпиус ничего не понял, но от души понадеялся, что загадочные "иониозид" и "римфампицин" — достаточно сильные заклинания.